Социальное конструирование исторического знания

45 Лейтмотив книги – у Англии «счастливая история». И таковое мнение действительно формируется у читателя после прочте-ния. В другой книге «Муза Клио» Дж. Тревельян раскрывает свое кредо; он пишет, что история – это искусство, чье единствен-ное назначение – «воспитывать умы людей». Есть ли русский аналог такой «воспитывающей умы людей» истории? Скорее всего, нет. Российское историческое знание, транслируемое на широкие слои населения, тоже мифологизи-руется, но уже по-иному, в негативном ключе, расцвечивается в мрачные тона. Историю России изначально сопровождают иные эпитеты: «кровавая», «жестокая». Классики марксизма пи-сали даже о «гнусности» русской истории. Можно посочувство-вать историкам, которые будут изучать российские 90-е и после-дующие годы по материалам массовой печати, записям радио- и телепередач. Россия представлена в них так, что способна вы-звать у доверчивых и впечатлительных читателей только нена-висть. Журналисты уже, возможно, автоматически в любой кон-текст вставляют фразы, типа: «В России две беды: дураки и до-роги», «Страна дураков», «Пьянство, как известно, у нас в крови», «Чем заняты россияне? – Воруют», «Катастрофа по имени Рос-сия», «В России, где жизнь страшнее любого триллера…» (из ре-цензии на английский фильм ужасов). Политолог разъясняет вы-сокую политику: «Россия получает по заслугам, то есть по морде». Не отстают от журналистов и социологи. Эксперт из Ро-мир-мониторинг, комментируя результаты своего опроса, гово-рит в эфире: «Наш исконно русский менталитет: не украдешь – не проживешь» 51. Те же интонации у поэтов: «Любить Россию нелегко, Она в ухабах и траншеях» (Римма Казакова). Можно, ко-нечно, подумать, что тайная задача этих текстов и речей в целе-направленном разрушении самоуважения нашего народа и в поддержании непроходящего всеобщего стресса, но скорее всего, причина в цинизме и предельной душевной разболтанно-сти многих журналистов, считающих такой «стиль» изложе...