Царство духа и царство Кесаря

61 Глава VI. ПРОТИВОРЕЧИЯ СВОБОДЫ Философия свободы начинается со свободного ак-та, до которого нет и невозможно бытие. Когда в осно-ву кладется бытие и признается примат бытия над свободой, то все им детерминировано, детерминирова-на и свобода, но детерминированная свобода не есть свобода. Но возможен другой тип философии, кото-рый утверждает примат свободы, творческого акта над бытием. Только второй тип благоприятен свободе. Но невозможно рациональное определение свободы. Это признавал и Бергсон. Из двух типов метафизики ин-теллектуальной и волюнтарной – первый всегда небла-гоприятен свободе, второй же благоприятен. Но и волюнтарная метафизика сама по себе не есть еще фи-лософия свободы. Что должно быть решительно утверждено, так это то, что свобода есть дух, а не бы-тие. То, что называли эссенцией или субстанцией, есть создание первичного экзистенциального акта. Интел-лектуальная греческая мысль была очень неблагопри-ятна для свободы. Добро было детерминировано разумом. Примат и господство разума не признают свободы. Я не имею сейчас возможности анализиро-вать сложное отношение между свободой, случаем, ро-ком, промыслом и благодатью. Но на одном соотношении необходимо остановиться, на соотноше-нии свободы и благодати. Вокруг этой темы ряд столе-тий происходили страстные споры в западном христианстве. Но мне представляется ошибочным самое противопоставление свободы и благодати. Это противопоставление означало объективацию бла-годати и понимание ее как действующую извне боже-ственную необходимость. Но то, что называют благодатью, действует внутри человеческой свободы как ее просветление. Нельзя смешивать логическую