История русской литературы

614поэтическая натура с ужасом и омерзением отвороти-лась бы от этой грязной действительности. Но он по-немногу и незаметно для самого себя освоился с ними с детства; эта действительность украдкою подошла к не-му и овладела им прежде, нежели он был в состоянии увидеть ее безобразие. Сам не зная как, втянулся он в дела мелкого торгашества...»337. Белинский глубоко по-нял и раскрыл весь этот трагизм бытового положения Кольцова: прасол, гоняющий быков по степи; приказ-чик, присутствующий при бойне скота, бойкий торго-вец, который продает, покупает, бранится и дружит с кем придется, торгуется из-за копейки и пускает в ход все пружины мелкого торгашества, – и одновременно мечтающий о любви, дружбе, о природе, о поэтиче-ских движениях души, о судьбе человека и о тайнах жизни и смерти. Всего тяжелее был не этот внешний контраст профессии прасола и стремлений поэта, а внутренняя власть мещанства, косности, бескультурья, пережитков архаического мировоззрения и морали. Кольцов всю свою недолгую жизнь преодолевал это мещанство. Пережитки долго сказывались в творчестве Кольцова. Тем выше следует оценить достижения и заслуги Кольцова в истории литературы и культуры. Отец поэта, Василий Петрович, был характерным стяжателем-хищником, дельцом первоначального на-копления. В минуту прорвавшейся откровенности, больной, близкий к смерти, Кольцов писал В. П. Боткину 27 февраля 1842 года: «Отец мой... жил в приказчиках, приобрел кое-что, сделался хозяином, наживал капиталу до 70 тысяч рублей три раза, и про-живал их вновь; в последний раз прожился, – и оста-лось у него много дел... Они пали на меня; в 8 лет я их поуладил,.. теперь у него нет их, он покоен. Выстроил дом, приносит доходу до 6000 в год, да еще у нас девять комнат за собой. Кроме того у него осталось до двадца-