Цусима

30А. С. Новиков-Прибой. Цусима. Книга перваяИ наши корабли останутся там на всю зиму, скован-ные льдами до следующей весны. А мы переселимся во флотский экипаж, в огромнейший трехэтажный кир-пичный корпус, что стоит на Павловской улице.Был полный штиль. Безоблачная высь по-летнему обдавала теплом. На востоке смутно обозначался Пе-тербург, подернутый сизой дымкой. А если посмотреть в обратную сторону, то перед взором, постепенно рас-ширяясь, все просторнее развертывался водный путь. Он вел к Балтийскому морю, исчезая в безбрежности и отливая свинцовым блеском. Там, в солнечных лучах, мерещился Толбухин маяк, как одинокий перст, пока-зывающий курс морякам.Из Кронштадта, из Петровского парка, оттуда, где стоит памятник первому создателю русского флота, докатился до нас выстрел пушки, возвестивший пол-день. На кораблях, отбивая склянки, зазвонили в коло-кола. Вместо послеобеденного отдыха я ушел на бак, уселся на палубу и, привалившись к чугунному кнехту, занялся чтением газет. Вокруг меня, слушая чтение, расположилось десятка три матросов, все в паруси-новой одежде, все босые. Одни сидели в различных позах. Другие лежали, подложив кулаки под голову. Война с Японией возбудила особый интерес к газетам.Несмотря на строгость цензуры, мы хорошо знали, что дела наши на Дальнем Востоке идут плохо. Наши руководители, ослепленные прежней славой, думами, победоносно сокрушив врага, под-писать мир не иначе как в японской столице Токио. Но вышло по-иному. Русские сухопутные войска, не выдерживая натиска противника, отступали из Кореи в Маньчжурию. Порт-Артур был осажден. 1-я Тихо-океанская эскадра, заблокированная в этом порту не-приятельским флотом, бездействовала.