Демосфен

гочисленном составе суда, впрочем, незначительным – в трид-цать голосов. Общественное мнение, таким образом, довольно реши-тельно встало на сторону македонофила, заведомо продавше-гося Филиппу; но преданность Демосфена народному делу от этого не уменьшилась. Игнорируя понесенную им обиду, он с тою же неослабною энергией продолжает борьбу против врага своей заблудшей родины и то объезжает Пелопоннесе, агити-руя за союз против Македонии, то увещевает своих сограждан быть ежеминутно готовыми к возобновлению военных дей-ствий. Он в сотый раз изобличает коварство Филиппа, на каж-дом шагу нарушающего договор своим беспрестанным и насильственным вмешательством во внутренние дела Греции, и разбивает вдребезги аргументы знаменитого ритора Пифона Византийского, приехавшего в качестве чрезвычайного посла от Македонии с целью оправдать поведение царя. Он поддер-живает предложение своего товарища Гегезиппа и советует афинянам хлопотать о внесении некоторых существенных из-менений в трактат 346 года, с тем, чтобы в него были включены все без исключения греческие государства, чтобы каждому из них была гарантирована независимость и свобода и чтобы во-обще каждая сторона владела тем, что ей принадлежит по пра-ву. Под последним, неопределенным пунктом он и его товарищи подразумевали возвращение Филиппом только что захваченного им острова Галонеза, но как по этому, так и по первым двум пунктам афиняне получили решительный отказ. Тогда Демосфен, предвидя, что дальнейшие проволочки неми-нуемо повлекут за собою полнейшую изолированность Афин, у которых Филипп, прикрываясь трактатом, отнимал одни вла-дения за другими, стал открыто агитировать в пользу возобнов-ления войны. В 341 году, воспользовавшись негодованием афинян на своего полководца Диопита, начавшего, без их разрешения, военные действия, он произнес две замечательные речи – «О Херсонесе»...