Трыстень. 15-28/VII-1916

13 часовъ. Часы въ рукахъ у в&хъ офицеровъ. На командныхъ и артиллершскихъ наблюдательныхъ пунк-тахъ задаются вопросомъ: «выйдетъ-ли пехота изъ своихъ окоповъ, а, выйдя, бросится-ли впередъ, подъ губитель-нымъ огнемъ, не залегая, не останавливаясь, чтобы не потерять своего порыва?» «И вотъ, на правомъ ф л а н г е дивизш этотъ моментъ наступилъ — все внутренно ликовали: Кексгольмцы под­нялись изъ своихъ окоповъ и съ крикомъ «Ура» броси­лись впередъ...» * ) Полкъ всталъ, какъ одинъ челов-Ькъ. Огонь артиллершскаго поединка удвоился: непр1ятель открылъ ураганный огонь по наступающимъ волнамъ, на­ша артиллер1я ураганнымъ огнемъ создавала барьеръ меж­ду непр1ятельскими окопами и ,ихъ .поднявшимися ре­зервами. Грохотъ артиллершской пальбы и разрывовъ за-глушалъ усилившшся ружейный и пулеметный огонь изъ атакуемыхъ укрепленш. Фонтаны воды по болоту и лу-жамъ, яснее чемъ звуки, обозначали паденле свинцоваго дождя. Пусть свидетельствуешь очевидецъ, — вотъ запись Во-лынца Кривошеева: «Подъ градомъ стали и свинца, оку­танные дымомъ разрывающихся снарядовъ заградитель-наго огня артиллерш противника, осыпаемые бомбами съ аэроплановъ, Кексгольмцы ринулись на врага. Ихъ по-Щ Ист. № 13. 34