Поход «Малыгина»

в сторону, В открытом океане приходилось много раяподкреплять самолет, дежурить подле него из опасения,как бы не сорвало его ветром. В конце концов, самолетбыл прикреплен твердо. Он составлял как бы одно целоес кормой ледокола, где стоял, и никакая качка уже немогла на нем отозваться.21 нюня я совершил первые три полета надо льдами.Если не ошибаюсь, это были вообще первые в историиавиации полеты, когда и подъем и спуск производятсятолько с пловучих льдин и на пловучие льдины в этомрайоне. Единственно, что облегчало полет, были пре-красные яркие солнечные дни, одни из немногих, которыеподарила нам дикая природа Севера. Всего же за три-дцать три дня плавания эта природа скупо улыбнуласьнашей экспедиции восемью днями солнечного света, и тебыли неполны.Для летчика вообще самое трудное—подъем в воздухи спуск. Когда я вышел на лед, меня смутило, что снег,покрывавший льдины толстым слоем, начал таять. Сплошьи рядом ноги проваливались по колени в рыхлый снег,а под ним было много воды. На таком снегу очень легкополучить „капот". Однако лучшую площадку найти былотрудно. В этот день я совершил три пробных и разведочных(с метеорологической и гидрологической целью) полета.Что касается самого полета, то нельзя представитьсебе ничего приятнее именно полета летом на Северенадо льдами. Абсолютная прозрачность воздуха, отчетли-вая видимость на большое расстояние. Большими снеж-ными пирамидами выделяются внизу айсберги. Крупныельдины, нагроможденные друг на друга, образуют свое-образно живописный пейзаж. Изумительно красива кар-тина льдов вместе с островами, как бы искусственновделанными в льдииы, когда смотришь на них с высотытысячи метров.( 3 0 J