Лекции по науке о языке, читанные в Королевском Британском институте в апреле, мае и июне 1861 года

По мнѣнію ихъ, человѣкъ долженъ былъ жить нѣкоторое время въ нѣмомъ состояніи и единственвымъ средствомъ его сообщеній съ дру­гими служили движенія тѣла и измѣненія въ выраженіи лица, пока, наконецъ, когда идеи умножились и на нихъ уже нельзя было указывать пальцами, „человѣкъ нашелъ необходимыми» изобрѣсть искусственные знаки, зааченіе которыхъ было установлено взаимнымъ соглашеніемъ*. Намъ нечего оста­навливаться на маловажныхъ раздичіяхъ въ мнѣніяхъ каса­тельно точнаго процесса образованія этого искусственнаго языка. Адамъ Смитъ желаетъ увѣрить насъ, что первый слова были глаюлы. Имена, по его мнѣнію, не были такъ крайне нужны, потому что на предметы можно указывать или подражать имъ, между тѣмъ какъ относительно дѣйствій, выражаемыхъ глаголомъ, это невозможно. Поэтому онъ по­лагаете, что если люди видѣли приближающагося волка, они показывали на него и просто восклицали „Онъ идетъ". Д. Стюсртъ, напротивъ, полагаетъ, что первыми искусствен* нымй словами были имена, а глаголы замѣнялись тѣлодви-женіями; такъ что когда люди видѣли приближающагося вол­ка, т о не говорили „Онъ идетъ", но „Волкъ, волкъ", пре­доставляя остальное воображенію (*). Но для насъ не важно, нужно ли было изобрѣсть сперва глаголы или имена; намъ равно не возможпо, при самомъ началѣ нашего изслѣдованія о свойствѣ языка, вдаваться въ подробное разсмотрѣніе теорія, представляющей языкъ какъ произведете человѣческаго искусства, принятое по взаимному соглагаенію средствомъ сообщенія.