Гайдамачина

— 24 — Что южно-русскииъ крестьянам?», отошедшямъ къ Подыпѣ, б ы л о легче жить подъ властью польскихъ пановъ, чѣиъ тѣмъ, которые о с ­тались подъ властью украинскихъ поиѣщиковъ съ присоединеиіежъ Малороссіи къ Россіи, на это мы имѣеиъ документальный доказатель­ства. Что южно-русскимъ крестьянамъ было скверно и положительно невыносимо жить, даже при протекторатѣ Россіи, подъ властью с в о ­ихъ малороссійскихъ старшинъ-гетмановъ, сотнивовъ и помѣщиковъ изъ малороссіянъ же, это мы уже видѣли; но что этимъ крестьянамъ было сравнительно легче жить подъ властью польскихъ пановъ, э т о мы сейчасъ увидимъ. Прслѣ опустошительныхъ войнъ Хиельницкаго, самый центръ М а ­лороссы обезлюдѣлъ. Это — правобережье Днѣпра, нынѣшніе уѣзды Черкасскій, Чигиринскій и Еанѳвсвій, или вообще западная Украина. Что осталось на правоиъ берегу послѣ этихъ войнъ,—все перешло н а лѣвый, на русскій берегъ. Столица того края—Чигиринъ—была р а ­зорена. Изъ уцѣлѣвшииъ селеній, нѣкогда богатыхъ, были переве­зены на русскій берегъ даже деревянный церкви, которыя были разо­браны и сложены на воза. Прѳкраснѣйшая и богатѣйшая часть Мало-россіи представляла дѣйствительную пустыню, по которой только „волки сѣроманцы" рыскали, да „орлы чѳрнокрыльцы* клектоиъ на кости звѣрей созывали. Эту пустыню видѣлъ южно-русскій лѣтопи-еецъ Самуидъ Величко, въ 1705 г.? прзѣздомъ на Волынь и, подобно Іереміи пророку, оплакивалъ безлюдье славной Украины. „Погдянувши паки, пишетъ онъ, видѣхъ пространный тогобочныя украиноиалорос-еійскія поля и розлегдыя долины, лѣсы и обширные садове, и красные дубравы, рѣки, ставы, озера запустѣлыя, мхомъ, тростдѳмъ и непо­требною лядиною заросдыя. Видѣхъ же ктоиу на розныхъ тамъ иѣст-цахъ иного костей чѳловѣческихъ, сухихъ и нагихъ, только небо по-кровъ себѣ имущихъ, и рѳкохъ въ умѣ: „кто суть сія*? Тѣхъ всѣхъ, еже рѣхъ, пустыхъ и мертвыхъ насмотрѣвшися, поболѣхъ сердцеиъ и душою, яко красная и всякими благами прежде изобиловавшая земля и отчизна наша украино-малороссійская во об...