Сочинения

ВЪ ПУТЬ-ДОРОГУ. 27 Жутко было Борису, когда онъ выход и лъ изъ спальни. У бильярда сгоядъ служитель съ вялой, заспанной наружностью, лЪтъ 30-ти, въ корячневомъ, потертомъ фраке, который придавалъ ему весьма комичесый видъ. Подле него помещалась маленькая, толстенькая фигурка — ие то горничная, не то приживалка — въ грязножелтой кацавейке. Серые глазки этой женщины искрились; носъ былъ очень нахаленъ; скулы выдались, и на щекахъ видне­ясь красный жилки. Жидше волосы, съ проседью, завер­нуты были на темени въ косичку. — Яковъ,— сказалъ Борисъ человеку:—если па­пеньке будетъ дурно ночью, разбудить меня. — Я нрнбегу-съ, баринъ мнденьшй, — проленетала •аленькая женщина м ютела поцеловать его въ плечико... Онъ отклонился и неприятно вздрогнулъ. Яковъ ничего не ответилъ, а хлопнулъ только глазами, а маленькая женщина проговорила со вздохомъ: — Я всю ночь-съ около папеньки... Вы не извольте беспокоиться. Борисъ вышелъ въ коррндоръ, взглянулъ на скучную лампу, бросавшую тусклый светъ длинной полосой, повер­ну лъ въ залу и началъ ходить. Звонко раздавались его шаги и половицы паркетнаго пола потрескивали тамъ и саиъ. Изъ бильярдной слышалось щелканье маятника; изъ передней доходилъ чей-то однообразный храпъ... Тяжело» мертвенно-тоскливо было во всемъ этомъ доме...