Океан

– Ого, уже светает, туман синеет! – говорит один рыбак другому, но голос его срывается. – Да. Отлив начался, – отвечает тот глухо. Молчание – и в молчании звучат нестройные шаги иду-щих. Несколько молодых рыбаков с возбужденными лицами вводят связанного Хаггарта и за ним проталкивают Хорре, также связанного, Хаггарт спокоен; у матроса, как только его связали, появилось что-то свободно-хищное в движениях, в ухватке, в остроте бегающего взора. Один из приведших Хаггарта тихо говорит аббату: – Он был около церкви. Мы десять раз проходили мимо и не видели никого, пока он сам не позвал: вы не меня ищете? Такой туман, отец. Аббат молча кивает головой и садится. Мариет бледны-ми губами улыбается мужу, но тот не смотрит на нее – так же, как и все, он удивленно уставился глазами на игрушеч-ный кораблик. – Здравствуй, Хаггарт, – говорит аббат. – Здравствуй, отец. – Это ты мне говоришь: отец? – Тебе. – Ты ошибся, Хаггарт. Я тебе не отец. Рыбаки одобрительно переглядываются. – Ну, тогда здравствуй, аббат, – с внезапным равноду-шием говорит Хаггарт и снова с интересом рaссмaтpивaeт кораблик. Хорре бормочет: – Так, так держись, Нони. – Кто делал эту игрушку? – спрашивает Хаггарт, но не получает ответа. – Здравствуй, Гарт! – говорит Мариет, улыбаясь. – Это я, твоя жена, Мариет. Дай, я развяжу тебе руки. 81