Фотографичность в поэзии Бродского как событие мысли
«Стихотворение должно быть фотографией», – писал Бродский в зрелые годы, дав характеристику собственному творчеству. Визуальная техника придает стиху зримость, зоркость, что позволяет показать, как из простого, случайно брошенного взгляда возникает и поэтически формируется мысль, становясь событием в том смысле, какой ему придает феноменология. Данное направление, с его пристальным вниманием к событию как явлению, факту – определило развитие поэзии Бродского, не исключая другие философские методы: метафизику, экзистенциализм, антропологию. Отсюда новаторство высказывания его стиха, фиксирующего застывший миг фототехническим способом света – тени, просвета, времени – календарного и вспоминаемого, пространства и его кодовых архетипов в виде пейзажа, дома, животных, птиц, рыб, цветов, запечатлевающих судьбу, смерть как время конца: эпохи и собственной жизни; рефрена, голоса – своего, Ее, других.
Содержание
Содержание книги "Фотографичность в поэзии Бродского как событие мысли "
Отрывок из книги
3. Зримость как категория феноменологии и составная часть фотографичностиУ Мандельштама есть крошечная и, прямо скажем, про-видческая заметка о Дарвине- литераторе, характеризуя почерк которого, он замечает: «Глаз натуралиста – орудие его мысли, так же как и его литературный стиль»1, – под-разумевая под этим главное кредо ученого: не навязывать «природе какой бы то ни было цели, он отрицает за нею какую бы то ни было благость»2. Точно так же и Бродский: он не навязывает сво-его видения никому, даже времени, и, выстраивая рисунок, никогда не стремится доказать его достоверность. Его задача – воспроизвести увиденное именно словом. «Светофор мигает, глаз превращая в сред-ство / передвиженья по комнате» (3, 81).Фотографичность определяет и главную способность слова по-эта – зримость. Эстетика его визуальности (которую он блестяще проанализировал в эссе «Набережная неисцелимых», 7, 7–58, перевод Г. Дашевского) формировалась на стыке двух явлений ХХ века – фо-тографии и феноменологии. С одной стороны – сугубо практический, оснащенный техническими свой ствами фотоаппарат тех лет, с дру-гой – рефлективность, предполагающая размышление по поводу того, что выхватывает глаз: подобная эстетика вырабатывала свои, чисто визуальные коды, действовавшие вроде бы исключительно в сфере вербальности и даже подчинявшиеся ей, но явно выходившие за рамки одного только слова. Не случайно так много реакций на поэтический мир Бродского в области художественного искусства: заключенный в самом его поэтическом мире своеобразный парадокс, еще одно противоречие – между языками вербальным и изобразительным, тем видением, что вставало перед глазами, а потом получалось на снимке, уходит в иносказание, преодолевая и само противоречие. Отсюда предельная пластичность его художественного текста: «Он прав, что оставляет за плечами / подробности – он знает результат! / А в этом-то и суть иносказаний» (2, 152). Иносказание богато намека-ми, которые создаются за счет игры в коды. Стихо творение...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Фотографичность в поэзии Бродского как событие мысли (автор Елена Твердислова)", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку