Мусульмане в новой имперской истории

82Мусульмане в новой имперской истории ведческие понятия, унаследованные ею от советской эпохи и эклектически смешанные с обрывками понятийного аппарата науки пост модерна.Архивная революция оказалась частью и моей биографии. Темой моих исследований служат религиозные и правовые практики мусульман-суннитов Северного Кавказа, в основном из Нагорного Дагестана. Меня в особенности интересует, как в период бесконечных и глобальных государственных реформ, начавшихся на дореволюционном Кавказе еще во второй трети XIX в. и продолжавшихся при советской власти, их жизнь ме-нялась на микроуровне – в сельских общинах, или джамаатах. Я занимаюсь этим более двадцати пяти лет, где-то с начала 1990-х годов. Наряду с полевыми этнографическими материа-лами моими источниками служат документы на восточных и русском языках из государственных и частных собраний Да ге-стана. Для любого историка, которому случилось жить и рабо-тать при советской власти, ясно, что постановка такой научной проблемы была по меньшей мере проблематичной даже в позд-нем Советском Союзе. По этой причине архивная революция продолжает иметь для меня очень личное значение. В этой ра-боте я хочу поделиться наблюдениями, вынесенными из опыта архивной работы в регионе и за его пределами, обсудить неко-торые общие проблемы изучения и издания архивных источни-ков, с которыми сталкиваются в своей профессиональной рабо-те востоковеды и историки-русисты.Мусульмане Дагестана в дореволюционных обзорах и цифрахНаиболее ценными из публикаций времен архивной рево-люции стали, пожалуй, издания источников. Они совершен но перевернули привычное для поздней советской эпохи пред-став ление об исламе как о чем-то далеком и зарубежном. Пуб-ликации последних лет показали, что ислам – по крайней мере, на Северном Кавказе – непременно присутствовал в политике и идеологии России. С завоевания региона во второй трети XIX в.