Урбанистика и строительное законодательство в истории Российской империи:

Абсурдная правовая ситуация подстёгивала правовой нигилизм населения и усугублялась рядом факторов. Во-первых, законодателем совершенно не учитывались географические особенности огромной страны. В России той поры на огромной части её территории были весьма затруднительны равно как кирпичное, так и каменное строительство (ввиду отсутствия кирпичных заводов, а также природных материалов, подходящих для этого, – тот же Санкт-Петербург, например), также и деревянное строительство (ввиду отсутствия лесов, например, в южных регионах). Во-вторых, градостроительство вообще и строительная практика в частности, отли-чаются протяжённым во времени характером, традиционностью, да-же консерватизмом, и введение в действие на протяжении малого времени разноречивых актов не добавляли стабильности экономическим отношениям. В-третьих, путаницу создавало отсутствие в правотворческой практике того времени традиции формальной отмены предшествующих норм, хотя бы даже и явно не выполнявшихся. Таким образом, историческая ситуация вокруг строительства новой столицы наглядно демонстрирует связь законодательного идеализма и даже инфантильности с правовым нигилизмом населения. Запрет на каменное строительство после смерти Петра I был снят. В указе от 3 февраля 1729 г. говорилось, что «ныне в художниках [мастеровых] остановки не имеется» и поэтому в Москве «каменные домы» обывателям строитель разрешается. В тексте указа речь идёт только о Москве, однако волю Сената предписывалось передать и «в губернии». Окончательно и чётко разрешение было сформулировано только в резолюции на сообщение Сената от 28 марта 1741 г.