Архив русской революции

— Представители отъ Германіи и ея союзниковъ не имѣютъ полно­мочій обсуждать вопросы мира; если бы это не было такъ, то здѣсь съ германской стороны не сидѣли бы только военные.— В ъ данный моментъ нѣтъ рѣчи о всеобщемъ мирѣ. Говорить о немъ можпо только послѣ заключенія перемирія. Въ этомъ основ­ная задача, ради которой и засѣдаетъ собравшаяся конференція. Даль­ше обсужденія военно-техническихъ условій перемирія ни я, ни другіе представители союзныхъ армій говорить не уполномочены. Мы — солдаты и только солдаты. Будемъ же говорить только о перемиріи, только по существу.Каменевъ, однако, приберегаетъ еще одно средство воздѣйствія на делегацію Германіи и ея союзниковъ, заявляя напослѣдокъ:— В ъ инструкціяхъ русской делегаціи имѣется пунктъ, согласно которому всѣ страны, участвующія въ переговорахъ о перемиріи, бе­рутъ на себя обязательство немедленно обратиться ко всѣмъ воюющимъ странамъ, еще здѣсь не представленнымъ, съ предложеніемъ принять участіе въ переговорахъ о перемиріи. Русская делегація предлагаетъ поэтому Германіи и ея союзникамъ сдѣлать по отношенію къ непред­ставленнымъ здѣсь воюющимъ странамъ то же, что сдѣлала револю­ціонная Россія, когда она обратилась къ Германіи и ея союзникамъ съ предложеніемъ немедленно начать переговоры о перемиріи на всѣхъ фронтахъ.Средство не подѣйствовало. Генералъ Гофманъ и не подумалъ счесть себя связаннымъ изобрѣтеннымъ для него въ Петербургѣ «обя­зательствомъ». Отъ своего имени и отъ имени представителей трехъ другихъ союзныхъ главнокомандующихъ онъ съ офиціальной настой­чивостью отвѣтилъ:— Представители союзныхъ державъ имѣютъ возможность только принять къ свѣдѣнію это предложеніе, такъ какъ ихъ полномочія рас­пространяются только на чисто военные вопросы.Заправилы красной делегаціи попросили устроить ...