Между модернизмом и постмодернизмом

75«сплав назоновского фантастического текста с языком на-шего времени» [3, с. 119]. В рамках этого нарратива Кота перевоплощается в автора «Метаморфоз», собирает фраг-менты, строчки, слова из его поэмы (в горах, на деревьях, камнях, в людях, в птицах – в их очертаниях, красках, зву-ках, речи, песнях), говорит фразами его персонажей. Слуга Кота Пифагор на камнях и лоскутах пишет слова и фразы из овидиевых поэм, они оживают, врастая в современную жизнь. Словесная техника становится «дерзкой, непокор-ной, бунтарской»; фразы прыгают и перепрыгивают. Стро-ки овидиевых стихов оживают в речи, словах людей, живу-щих в век автобусов и кино, срастаются с ХХ веком. Фразы перепрыгивают из первого тысячелетия во второе, сплета-ются и расплетаются; яркие, живые стихи Назона врастают в мир, души современных людей. «Шуму вод подобный» [4] текст (переходы, переливы, перебивки, повторы, инвер-сии) создается как будто не человеком, а морской волной, игрой солнечных лучей, в сплетении трав, в шуме паль-мовых листьев. Современный немецкий роман исполняет наказ, отправленный нам 1000 лет назад великим поэтом древности: «Не погибнет ничто в великой Вселенной / Все обновляет свой вид / Ибо все переносится в мире / Вечно туда и обратно» [5, с. 111]Временные потоки, пространственные коридоры, соеди-няющие различные исторические эпохи, Рансмайр сооружа-ет и в романе «Ужасы льдов и мрака». Как бы следуя поли-тическому и пространственному расширению германского мира, в 1872 году к Северному полюсу отправляется австро-венгерская экспедиция, чтобы наладить проход из Европы в Америку (Аляска). Открывшая попутно остров Земля Фран-