Патриарх Никон

49 Глава VI. Патриарх и великий государь «Великий Государь, святейший Никон, архиепископ Московский и Всея Великия, Малыя и Белыя России и многих епархий, земли же и моря сея земли патриарх», – вот официальный титул, который сам государь употреблял в документах. Подготовленный Алексеем Ми-хайловичем еще в звании архимандрита быть докладчиком по жало-бам на приказных и на воевод, Никон привык вмешиваться в светские дела; в Новгороде это вмешательство усилилось вследствие прямо выраженного желания царя видеть в митрополите не только ходатая за обиженных, но и контролера над местною администрациею. Оче-видно, достигнув патриаршего престола, «собинный друг» не мог ис-ключительно заниматься духовными делами; Алексей Михайлович сам привык часто обращаться к нему за советами и поступать соглас-но его указаниям. Своевольным и надменным боярам не нравилось, что «чернец из мужиков» принимает с ними тон начальника, он больше приказывает, чем просит, ни в какие сделки не вступает и прямо дает почувствовать, что он «второй Великий Государь». Этот второй государь был энергичнее, последовательнее и строже добро-душного Алексея Михайловича, податливого на лесть и охотно вы-слушивающего придворные сплетни. Никон не стеснялся в выборе выражений и в своих действиях, если замечал несогласие, по его мнению, со святостью веры и со справедливостью царя. Доставили многим «либералам» того времени иконы иностранного мастерства – Никон возмутился этим и без рассуждений велел отобрать иконы как не соответствующие общепринятому византийскому складу; затеяли бояре развлекаться музыкою во время поста – патриарх нашел это безнравственным, арестовал почти пять возов различных музыкаль-ных инструментов, свез все это за Москву-реку и там торжественно сжег. Заводчик и пушкарь Питер Марселис позволил себе курить в присутствии патриарха, и за это его высекли кнутом, тем более, что ...