Каторга и ссылка

Тени прошлого. О т р ы в к и и з в о с п о м и н а н и й . Пусть цари посылают таких людей в Сибирь или заключают их в у е д и ­ненные, неприступные казематы, но придет время, когда имена их будут записаны золотыми буквами в лето­писях родной земли и рассказы об их жизни и страданиях будут возбу­ждать русскую молодежь к герой­ским подвигам. Джордж Кеннан, I . Саратовцы. П е т я П о л и в а н о в . Был у меня дневник и были записные книжки, но и то, и дру­гое частью пропало во время бесчисленных повальных обысков, когда все, с точки зрения жандармов подозрительное, приходилось или уничтожать или прятать по разным з а к о у л к а м , частью ж е сгорело в огне революции. Теперь приходится восстанавливать прошлое по памяти, на которую не всегда можно положиться в смысле безусловной точности передачи совершившегося. Но если в датах и мелких деталях могут встретиться кое-какие ошибки, з а т о лица и события запечатлелись в мозгу с т а к о й яркостью и отчетливостью, что, вспоминая о былом, я к а к бы вновь пере­живаю его, вижу знакомые образы, слышу их давно умолкнувшие голоса и потому без страха приступаю к своей работе. 70-е годы, с 74-го по 78-й, я провела в Тамбове, где училась в гимназии. Небывалый в России подъем революционного движе­н и я — процессы 193 и 50, демонстрация у Казанского собора, выстрел Веры Засулич, убийство генерала Мезенцева, избиение охотнорядцами учащейся молодежи во время проводов киевских студентов в ссылку — все э т о всколыхнуло провинцию до самого дна. Она глухо волновалась, прислушиваясь к отдаленному гулу