Карательная экспедиция отряда лейб-гвардии Семеновского полка в декабрьские дни на Московско-Казанской железной дороге

— 32 — нанесли ему 9 тяжелыхъ ранъ. Предполагая, что онъ убить, солдаты бросили его на снѣгу и ушли. Кто-то его поднялъ, и какимъ то путемъ удалось его отправить въ Басманную больницу; тамъ онъ попра­вился и недавно выписался изъ больницы. Живетъ въ настоящее время въ Пѳровѣ. Три раза приходилъ я къ нему и каждый разъ встрѣчалъ рядъ подозри-тельныхъ вопросовъ: «Вамъ, батюшка, зачѣмъ его нужно? вѣдь онъ со­вершенно ни въ чѳмъ не виновата!» Я объяснялъ цѣль моего посѣщенія и гука8ывалъ на необходимость его видѣть лично. Каждый разъ я получалъ уклончивый отвѣтъ, что онъ только что уѣхалъ въ Москву, что онъ живетъ 'всегда въ Москвѣ; когда же я спросилъ его московский адресъ, то оказалось, что его въ Москвѣ нѣта, такъ какъ онъ живетъ въ Пѳровѣ. Я быль удивленъ такимъ недо-вѣріемъ, и когда постарался выяснить причину, по­чему онъ прячется отъ меня, то оказалось, что онъ боится, что его добьюта теперь до смерти, такъ какъ тогда его били, да не добили; что я разыскиваю его съ цѣлью убить совсѣмъ, т. е. исправить ошиб­ку солдатъ, такъ какъ только по ошибкѣ и халатности ихъ онъ остался живъ. Боязнь этого старика такъ велика, что до сихъ поръ мнѣ не удалось его разы­скать. Такой страхъ имѣета до нѣкоторой степени реальную подкладку. Солдаты, стрѣляя въ бѣгущихъ людей,