Русь и русские в 1812 году

31 говоръ в ъ миру; по этому случаю сдѣлано было ме­жду авангардами, на нѣсколько часовъ, перемирие. Лористонъ прибыль въ Тарутино; въ это время весь русскій лагерь блисталъ огнями, въ немъ, предъ ве­черней зарей, раздпвалась музыка, а въ иныхъ мѣс-тахъ закатные хоровые пѣсни. Всюду видѣлъ Лорис­тонъ веселье, изобиліе, даже роскошь. Кутузовъ при-нялъ Лористона въ присутствіи своихъ генераловъ (*), со всею вѣжливрстью Бкатерининскаго вельможи. Ло­ристонъ сказалъ, что онъ присланъ предложить раз* мѣиъ плѣнныхъ. заключить перемиріе и просить князя о доставленіи письма отъ Наполеона къ Александру:— Кутузовъ отвѣчалъ, что онъ не имѣетъ полномочія принять предложеній ни о перемиріи, ни о мирѣ^ также не можетъ принять письма къ своему Госу­дарю, потому что онъ запретилъ ему даже произно­сить слова: миръ и перемиріе (**). На это Лористонъ возразилъ, что надобно же наконецъ прекратиться войпѣ, особливо производимой русскими такимъ в а р -варскимъ образомъ. Князь сдѣлалъ ему замѣчаніе, что варварство началось отъ выродковъ французской революціи, отъ питоицевъ Робеспьера, Дантона и Марата и отъ самаго Бонапарта (***), и что о мирѣ нельзя помышлять до тѣхъ поръ, пока Французская О Выключая Барклая, который, для поправлен/я своего здоровья) уѣхалъ въ ЛНФЛЯІІДІЮ. (**) Вскорѣ Кутузовъ получилъ отъ Государя новое подтвержденіе: «не входить ни въ какіе неревоворы съ непріятелями»; онъ заклю­чить это следующими словами: нникакія предложенія не побудятъ меня прервать брань, и тѣмъ ослабить священную обязанность— отмстить за оскорбленное отечество.» (***) Это было писано въ англійскихъ газетахъ и въ нѣмецкихъ: Der Patriot, 1812 г.