Суворов в сообщениях профессоров Николаевской Академии Генерального Штаба

„Помилуй Богъ,—не трудитесь, я вамъ самъ себя раскрою: цари меня хвалили, солдаты любили, друзья мнѣ удивлялись, враги меня ругали, придворные надо мною смѣялись. Я былъ Балакиревыми для пользы отечества говорилъ правду и пѣлъ пѣтухомъ, пробуж­дая сонливыхъ Семьдесять лѣтъ гонялся я за сла­вой, — все мечта; покой души — у престола Всевыш-няго* 2) . Эти правдивый слова великаго русскаго человѣка выясйяютъ всю трудность изученія души и мысли его. Странности въ поступкахъ, причудливый способъ выра­жаться, дѣлали его настолько непонятнымъ для мно-гихъ, что даже такой серьезный по уму человѣкъ, какъ Потемкинъ, только тогда убѣдился въ обширномъ и глубокомъ умѣ Суворова, когда однажды императрица Екатерина I I доставила ему возможность, спрятавшись за драпировкой въ ея кабинетѣ, послушать разговоръ Суворова по важнѣйшимъ государственнымъ вопросамъ. Изучая внимательно Суворова, невольно наталки­ваешься на мысль, что онъ глубоко вѣрилъ въ то, что для геніальнаго полководца нужно геніальныхъ солдатъ. Дѣйствительно: могущественная стратегія должна опираться на столь-же могущественную тактику; так-тика-же зависитъ, прежде всего, отъ нравственныхъ качествъ солдата. Суворовъ и ставитъ первою своею задачею создать „чудо-богатыря", — солдата съ высокими моральными качествами. ') Военн. Журн. 1856 г. № 4, стр. 79. *) Саков и чъ, „Дѣйствія Суворова въ Турціи" С.-Петерб. изд. 1853 г., стр. 4.