По ту сторону ориентализма

Сети ориентализма79повлияла на участие носителей восточных языков, диктуя, как им работать в этой области и как понимался и распространялся их вклад. Другой вопрос — различные положения участников этого обмена, будь они либо морисками, пытающимися утвердиться в доминирующей культуре, пленными коллаборационистами, восточными христианами, которых папские учреждения хотели приблизить к католицизму, либо же учеными восточными людь-ми, свободно сотрудничавшими с ориенталистами. Кроме того, территории обмена также являются важнейшим элементом для рассмотрения, поскольку возможности обмена были разными в Европе и за ее пределами, и это влияло на тип и глубину восточ-ного влияния. Рисуя положение многих недооцененных ученых, сделавших вклад в ориентализм, особенно из мусульманского мира, эта глава утверждает, что значительный интеллектуальный обмен между европейскими и восточными сферами обучения во всех его вариациях действительно имел место и, по словам Сони Брентжес, был «диалогом, а не монологом» [Ibid.: 465].Ориентализм в Испании: обращение мусульманНачнем с изучения страны, в которой родился аль-Хаджари. Испания была европейской страной, имевшей самую продолжи-тельную, тесную и родственную связь — хотя и противоречи-вую — с миром ислама, учитывая, что бо́льшая часть Пиреней-ского полуострова находилась под мусульманским правлением с VIII по XI век. Испания была важным местом интеллектуаль-ного обмена, а многоязычный Толедо после его захвата христиа-нами стал «главным центром перевода арабских научных и фи-лософских текстов на латынь» [Burnett 2002: 1–2, 249–288, 249]. Позже стали процветать небольшие мусульманские государства, включая последнее испанское мусульманское королевство Гра-наду, завоеванное в  1492  году. В  Испании проживало самое большое арабоязычное население в Европе, и оно имело прямой доступ к исламским текстам. Однако вклад Испании в ранние востоковедческие исследования долгое время скрывался за двойственностью страны в отношении своей исламской и...