Император Николай I, зиждитель русской школы

повелѣвать надо научиться строгому повинове­нію, и еслибы каждый на свѣтѣ добросовѣстно несъ ту службу, какая ему выпала на долю, всюду были-бы порядокъ и спокойствіе».Современники Императора Николая, не только подданные, но и всѣ видѣвшіе его иностранцы, согласно свидѣтельствуютъ, что въ самой внѣш­ности Царя ярко выражались мужественная пря­мота характера, непреклонная сила воли и вели­кое умѣнье повелѣвать. К ъ нему вполнѣ примѣ­нялись слова Ломоносова о Петрѣ великомъ: (Юнъ былъ геройскаго виду и возраста, съ ве­личественною красотою соединеннаго; крѣпость тѣлесныхъ силъ его явствуетъ въ преодолѣніи трудовъ тяжкихъ и неисчетныхъ, а бодрость духа— въ неусыпномъ бдѣніи».Въ началѣ настоящаго очерка было уже упомянуто о впечатлѣніи, произведенномъ Нико­лаемъ Павловичемъ при первомъ посѣщеніи имъ Англіи. Лѣтомъ же 1844 года, послѣ восьми­дневнаго пребыванія русскаго императора въ Лондонѣ и Виндзорѣ, царствующая и нынѣ ко­ролева Викторія, въ письмѣ къ королю бельгій­цевъ Леопольду, такъ характеризовала своего царственнаго гостя: «Онъ все еще очень хорошъ собою, а манеры его полны достоинства и вѣ ж ­ливости. Онъ искрененъ, серьёзенъ, строгъ и236