Воспоминания и исследования о жизни и творчестве А. П. Чехова

62 Николаевны каких-то не существующих в природе «бунчаусов», без которых нельзя было, по его словам, изготовить ни одного благородного, «губернаторского» кушанья. С утра непричесанная, в розовом фланелевом хала-те, Анфиса Николаевна супруга дяди Кости – в кури-ной истерике бегала по комнатам и поминутно затевала ссоры с прислугой, малярами, с поломойками, которые успели уже выдавить два стекла и сломали ее любимый многолетний фикус. Четверо мальчуганов, потомство дяди Кости, оставшись без надзора, объявили себя шайкой разбой-ников и неистовой ватагой носились по дому, с удо-вольствием приклеиваясь босыми пятками к еще не просохшему от краски полу. В парке они рубили дере-вянными саблями высаженные на клумбы цветы. Дядя Костя махнул на них рукой. Все личное пере-стало для него существовать. Его единственной отра-дой был теперь только что поставленный впервые в доме, опять-таки ради Морозова, теплый ватерклозет с фарфоровой чашей и громыхающим, как Ниагара, во-досливом. Выходя из уборной, дядя Костя ощупывал свои необъятные парусиновые брюки, всегда с незастегну-той от торопливости прорешкой, и каждый раз ра-достно изумлялся: – Вот это – Европа! Волновались не только в господском доме. Волне-ние захватило и заводской поселок, находившийся неподалеку от усадьбы. В волостном правлении по ве-черам густо гудели мужики, составлявшие прошение Морозову насчет каких-то спорных лугов. Из церкви неслось хоровое пение – это о.Геннадий, по прозванию «Иисусик», разучивал со школьниками приветственную к приезду Морозова