Железный канцлер Древнего Египта

В послеобеденный час, когда дневную палящую жару сменяет более сносная температура, две женщины сидели на широкой террасе дома и разговаривали, следя взглядом за маленькой, прелестной де-вочкой лет шести, игравшей в низу ступеней с большой кошкой, ко-торую она немилосердно теребила, укутывая ее в разные тряпки, изображавшие клафт и тунику. Это была Аснат, единственная дочь Верховного жреца. Своей редкой красотой малютка вполне оправды-вала обожание родителей. Светло-каштановые волосы с золотистым отливом, большие глаза, темно-синие, как два сапфира, составляли большую редкость у египтян и приводили всех в восторг; и если По-тифэра был тверд и строг в воспитании своего 10-летнего сына Ар-маиса, то к дочери был более чем снисходителен, скорее слаб. Одна из женщин, сидевших на террасе, была Майя, супруга Вер-ховного жреца; красивая и представительная, она была одета с изыс-канной роскошью; вторая – сестра мужа, Ранофрит, прелестная семнадцатилетняя девушка, стройная, смуглая, с большими, влажными и полными огня глазами и густыми, черными как смоль косами. Ко-кетливо задрапированная в прозрачную, вышитую красным тупику, она нервно обмахивалась большим веером из перьев и казалась взволнованной. – Твои упорные отказы Потифару наводят меня на разные подо-зрения; будь откровенна, Ранофрит, и согласись, что для того, чтобы отвергать любовь и руку человека уважаемого, богатого и знатного, должен быть в виду кто-нибудь, кто больше нравится, – заметила Майя, окидывая испытующим оком вдруг вспыхнувшее лицо своей собеседницы. – Ничего-то от тебя не скроешь, Майя! Так лучше уж я созна-юсь… ты угадала, – ответила Ранофрит, скрывая за веером свое сму-щение и пылающие щеки, – да, есть человек не столь богатый и знатный, как Потифар, но в тысячу раз более дорогой моему сердцу. – Здесь в Мемфисе узнала ты его? – Да, в то время, как я жила здесь с теткой Неферт; впрочем,...