Судьбы скрещенья

« Г л а в е н с т в о » в л ю б в и1 2 1так, разумеется, думает и сама Батская ткачиха, быть мо-жет, самая яркая и, уж конечно, самая знаменитая из всех ге-роинь книги Чосера. собственно говоря, предложенный и.а. кашкиным перевод имени этой героини нам представля-ется неточным. Чосер в подлиннике называет ее Wife of Bath, т. е. женщина из Бата, а в длинном прологе к ее рассказу мы узнаем и ее настоящее имя – алисон. именно ее женское есте-ство, а совсем не профессия и является самой важной чертой ее характера. женщина из Бата с равным успехом могла бы быть не только ткачихой, но и, скажем, чулочницей или пер-чаточницей, и при этом ничто бы не изменилось ни в ее по-ведении, ни в ее речах и ее рассказе. она все равно бы надела свои вызывающе ярко-красные чулки и отправилась в палом-ничество в кентербери в поисках шестого мужа. В силу столь ярко выраженного женского начала своего характера алисон из Бата в последние десятилетия привлекла к себе весьма пристальное внимание гендерной критики1. не вдаваясь в подробности такого анализа, остановимся лишь на одном аспекте этой сложной проблематики, громко заявлен-ном самой алисон в ее прологе и затем развитом в ее рассказе. Это вопрос о «господстве» в любви и связанный с ним мотив власти и подчинения. оттолкнувшись от Чосера, постараемся проследить, как эта тема трансформировалась в некоторых появившихся после произведениях вплоть до «игрока» Досто-евского, где русский писатель придал ей новый поворот в духе основных идей своего творчества. 1 см., например, наиболее известные работы по этой проблеме: Dinshaw C. Chaucer's Sexual Poetics. Madison, 1989; Martin P. Chaucer's Women: Nuns, Wives and Amazons. L., 1990; Mann J. Jeffrey Chaucer. Oxford, 1991; Hansen E.T. Chaucer and the Fiction of Gender. Los Angeles, 1992.