Воля и рассудок

третий том его знаменитых чтений "О Фаусте Гете", привлекавших в свое время тысячную аудиторию.Превосходно владея иностранными языками, К. Ф. внимательно следил не только за всеми более или менее крупными течениями философской мысли, но и за современными явлениями европейской литературы и общественной жизни; между прочим, он живо интересовался судьбами русского общественного быта; интересовался маститый ученый и личностью Льва Толстого, этого "знаменитейшего" по его словам "русского писателя, который еще более интересен и замечателен своею жизнью, чем своими сочинениями"; впрочем, онравственно-философских сочинениях великого писателя земли русской немецкий историк был не особенно высокого мнения: он даже не считал Льва Толстого серьезным философом в строго научном смысле этого слова...Невысокого мнения был немецкий ученый и об антиподе Л. Н. Толстого - Фридрихе Ницше, этом "едином индивидууме, совершившем полет по ту сторону добра и зла". Любопытную, не лишенную юмора характеристику творца Заратустры дает маститый историк в девятом30