Гувернер Романовых

130правых. «Я поступил так, поскольку многие мои товари-щи были приговорены к смерти». Керенского поддержали союзники, которые благосклонно отнеслись к демократи-ческой революции февраля 1917 года. В июле он сменил князя Львова на посту главы Временного правительства. В августе попытку государственного переворота предприня-ли правые националисты. Для борьбы с ними Керенский заключил союз с большевиками. Последние свергли его в октябре, когда им удалось захватить власть. Керенский по-пытался повести войска на Петроград, но безуспешно. Он отправился в изгнание и обосновался в США.Судьба Романовых в течение нескольких месяцев нахо-дилась в руках Керенского. Жильяр добавил, что Алексея шокировали визиты Керенского: «Впервые он видел свое-го отца в роли подчиненного, выслушивавшего приказы и подчинявшегося – кому! Штатскому лицу!» Александра Фе-доровна совершенно не воспринимала этого новоявленного диктатора. «Ее Величество покраснела в гневе. Впервые ее судьбу решали за нее», – написал Жильяр. Несомненно, она вспомнила свое же письмо к Царю 24 февраля 1917 года, в котором выражала надежду на то, что «Керенского, из Думы, повесят за его отвратительные речи. В военное время это важно и послужит хорошим примером».Комната Жильяра стала настоящей «избой Кутузова в Филях», где все собирались, чтобы обсудить создавшееся положение и обменяться информацией. Он вел долгие бе-седы с бывшим Царем, с которым отныне разделял судь-бу, занятия и жилье. Говоря о своем отречении, Николай Романов объяснял ему, что «смута пришла сверху – из Императорской аристократической Семьи». Рассуждая о Думе, он полагал, что «дело зашло намного дальше, чем того хотели его организаторы. Они желали не падения монархии, но лишь перемен в монархическом правлении и учреждения конституции. Большинство текущих оши-