Безмятежные годы

несчастный случай: - настигли врасплох, но чтобы подобное повторялосьчасто!!.. Тогда уж не житье было бы лентяю. Вот работает голова,математически точно высчитывает он, кто, когда и как должен спроситьего; все меры приняты, иногда, - лишь в совершенно экстренных случаях, -прибегается даже к крайней - прочитывается дома урок. И, когда расчетудачен, надо видеть, каким умилением, какой нежностью озаряется лицобатюшки или географа - наименее избалованных его ответами и усердием.Какой ласкающей, доброжелательной рукой выводят они в журналедевятку. Если при этом вспомнить, как часто эти добрые глаза, эта самаярука с таким леденящим равнодушием выводит серии двенадцати вграфах усердных!!.. Бедные, бедные долбяшки! На что тратите вы ваши лучшиепослеобеденные часы? Понимаете ли вы всю прелесть чудных зимнихвечеров за интересной книгой или на катке, где кругом вас сверкаютбриллиантиками яркие осколки льдинок, где играет музыка, где летишьстрелой? Дух захватывает, и горячей-горячей струей что-то переливаетсяпо всему телу. Где вам, бедняжкам! Разве знаете вы отдых, покой? Вы ввечной тревоге, в вечном напряжении, все ждете чего-то, трепещете:"Вдруг только одиннадцать?"... Кровь застывает в ваших жилах. Лентяй не знает этих ужасов, да и аппетиты его много умереннее,потому на затраченный капитал труда в ноль всякий процент хорош.Никогда он не волнуется. Коли застали врасплох, самая младшая отметка,ниже которой, не прибегая к дробям, поставить нельзя, уже получена. Чтоже может ему угрожать еще? "Съехать"? - Не с чего, остается одно -"поправиться". В радостном ожидании протекают школьные дни лентяя: впередиулыбается перспектива - повышения, поправки. Будет она несомненно, носколько? Девять? Десять?... Радостно захватывает ему дух от этойсладостной мысли. И вечно-то чувствует он себя накануне приятнойнеожиданности, словно накануне именин: сюрприз готовится, навернохороший, но что, что именно? Кто не знает, кто не испытывает того веселого, приподнятого, радостногочув...