Дочь колдуна

29 Вдруг вдали я заметил лодку, которая, видимо, пы-талась добраться до острова. Пенные волны кидали ее из стороны в сторону, как ореховую скорлупку, и еже-минутно грозили затопить. Глухой крик Маруси дал мне понять, что и она за-метила лодку. Однако я надежды не терял: буря гнала лодку к острову, и если ей удастся пристать, – путеше-ственники спасены. Но в это мгновение сердце у меня замерло. Лодка, которую я видел за секунду на гребне волны, вдруг исчезла. Однако она снова появилась, но уже без пассажиров и с торчавшим кверху килем. Падение тяжелого тела заставило меня очнуться от моего оцепенения. Маруся упала без чувств, выронив бинокль. Я поднял ее, отнес в залу и просил бледную, расстроенную Катю позаботиться о ней. На вопрос мой: «Где Красинский?», – она ответила, что он только что уехал на остров и намеревался быть здесь к обеду. Не слушая ее далее, я выбежал, чтобы созвать людей и сообщить о постигшем несчастии. Вскоре кучка озабоченной прислуги уже собралась на берегу. Я приказал подать другую лодку, стоявшую под навесом, и двое людей, несмотря на опасность, вы-звались сопровождать меня. Когда мы отошли, один из моих спутников сказал: – Ваше благородие, а ведь ежели с острова видели случившееся несчастие, надо полагать, что Агафонов постарается спасти людей; он ведь старый отважный матрос. Говоривший был прав. В тревожном состоянии ду-ха я совершенно забыл, что по просьбе Вячеслава, Петр Петрович принял на службу отставного матроса, с которым мы плавали еще будучи гардемаринами. Че-ловек этот, испытанной храбрости, добрый и смышле-ный, во всяком случае будет мне полезен как отличный пловец, если бы даже он и не видел беды.