Однокурсники

VI Надя Синицына встала гораздо позднее, чем вставала у себя, дома, и все время, как училась в гимназии, в губернском городе. Било девять. А в десять хотел зайти Ваня. Она, еще полуодетая, подошла к узкому, тускловатому зер-калу, висевшему над умывальником. Лицо, с дороги и от вчерашнего позднего сидения в ресто-ране, после спектакля – не очень-то свежее. А белизной кожи она славилась во всей гимназии. Тип у нее немного восточный. В наружности у них с Заплатиным есть что-то общее. Но у нее волосы самого «воронова крыла», как до сих пор еще называют в провинции и у нее на Волге. И теперешняя прическа покрывает ее голову как шапкой. Глаза темные-темные, и ресницы бросают тень – так они длинны. Рот немно-го крупен, но из-за свежих губ выглядывают чудесные зубы. Никто бы с такой наружностью не стал так «корпеть», как корпела она в гимназии. За одну красоту ей медали бы не дали. Еще гимназисткой она и в губернском городе, и у себя, в уездном, выслушивала признания и предложения «руки и сердца». Но сердце ее совсем еще не говорило, вплоть до знакомства с Ваней. Таких студентов она еще не знала. Его «водворили» на место жительства, и это ее сразу стало «подмывать». Она сама с ним познакомилась, и через несколько недель они уже «поженихались». И тогда ее стало тянуть в Москву – учиться – сильнее, чем было, когда она только что кончила гимназию. Учиться вообще очень тянуло; но чему? Она стала и тогда уже задумываться над тем, что зовут «при-званием». Курсы?.. Будешь или женщиной-врачом, «жевешкой», как непочтительно зовут краснобаи, или учительницей. Другой дороги нет. Литература – беллетристика требует талан-та, а то век будешь переводчицей или плохой компиляторшей. 43