Любовь в письмах выдающихся людей XVIII и XIX века

И ты, мой возлюбленный, спрашиваешь,—люблю ли я тебя? Ахъ, разве ты не знаешь, что я обожаю тебя навыки. Да, это верно. Что за чудесное суще­ство господинъ Буше! *) Ты, значить, знаешь теперь, где я. Я т е б е уже писала на бумаге, въ которой были во­лосы твоей дочери, и въ письме въ день моего р а з р е -шешя отъ бремени **). Однако твой почеркъ проступаетъ наружу; употребляй лимонный сокъ и не пиши больше на расплывчатой бумаге; ч е м ъ толще будетъ бумага, темъ меньше будутъ выступать чернила. О, мой другъ, мой другъ, какъ ты несчастливъ! Г д е же тЬ надежды, о которыхъ ты говоришь? Я ду­мала, что скоро ты выйдешь на волю, и потому я т а к ъ упорно стремилась оповестить тебя о моемъ местопре-бываши. Ты можешь меня увидать, если только не по­явишься в ъ господской о д е ж д е . Лучше прикинуться странствующимъ торговцемъ, комиссюнеромъ, букини-стомъ или кемъ-нибудь подобнымъ, желающимъ побе­седовать съ графиней; я видаюсь со всякаго рода та­кими людьми; лишь пристойныхъ людей мне не раз­решается видеть. Удобный часъ—отъ десяти утра до полудня. Если ты явишься подъ видомъ зубного врача, ты сможешь проникнуть даже въ мою комнату. О, мой другъ, отъ радости я умру у твоего сердца... *) Габр1ель Буше—полицейскШ, передававшШ имъ въ заключенш письма. **) Сначала они оба писали секретными чернилами. 43