История литературы Урала. Конец XIV—XVIII веков

Глава 1. Русская словесность (фольклор и литература) в процессе культурного освоения края беседы с ж и т е л я м и Ладоги о полунощной стране и связал их с ф а к т а м и из «фронографа» — в последнем Д. С. Лихачев видел «русский к о м п и л я т и в н ы й хроно¬граф типа Еллинского летописца»7. Рассказ Гюряты Роговича из статьи 1096 г. и устные рассказы ладожан под 1114 г. исследователи обычно связывают м е ж д у собой, отмечая, что сведения получены одним лицом, в одном месте, в одно время, что автор «в нарушение летописного события, часто говорит о себе в первом лице»8, что сходна тематика. О с т а в л я я в стороне византийские исторические источники, использованные летописцем (сочинение М е ф о д и я Патарского и «фронограф»), рассказы Гюряты Роговича и ладожан м о ж н о рассматривать как единый ф о л ь к л о р н ы й текст, и н к о р п о р и р о в а н н ы й в летопись на р а в н ы х основаниях с историческими сочинениями, и следовательно, получающий значение истинного, достоверного. Новгородец Гюрята Рогович рассказал лето¬писцу следующее: «Послал я отрока своего в Печору, к людям, дающим дань Новгороду. И когда пришел отрок мой к н и м , то от них пошел он в землю Югор­скую. Югра же это люди, говорящие на непонятном языке, и соседят они с Самоядью в северных краях»9. И н ф о р м а ц и я дана лаконично, без какой-либо конкре¬тики, интересующей читателя (какие люди на Печоре дают дань Новгороду, что она собой представляет, с какого времени собирается и т. п.). По-видимому, для летописца это факт о б ы ч н ы й , требующий простой констатации. Гораздо важнее исключительное, и он продолжает излагать рассказ Гюряты Роговича: «Югра же сказала отроку моему: "Дивное чудо м ы нашли, о котором не слыхивали раньше, а идет этому уже т р е т и й год; есть горы, упирающиеся в луку морскую, высотою как до неба, и в горах тех стоит крик великий и говор, и кто-то сечет гору, желая высечься из нее, и в горе той просечено оконце малое, и оттуда гово¬рят, и не понять я...