Веневитинов Дмитрий Владимирович биография и книги

Биография

Детство и юность (1805–1823)

Дмитрий Владимирович Веневитинов родился 14 сентября 1805 года в Москве, в старинной и состоятельной дворянской семье, получив прекрасное домашнее воспитание, которое с юных лет выделило его среди сверстников. Он свободно владел французским, немецким, латынью, увлекался античной культурой и живописью, серьезно музицировал, рано проявив ту редкую разносторонность, что позже определит его облик поэта-философа. В 1822 году, семнадцати лет, Веневитинов становится вольнослушателем Московского университета, где жадно впитывает лекции по философии, истории и эстетике, обнаруживая особенную склонность к немецкому идеализму, который станет стержнем его духовных поисков.

В кругу любомудров (1823–1826)

Сдав в 1823 году экзамены за университетский курс, он поступает на службу в Московский архив Коллегии иностранных дел и быстро сближается с так называемыми «архивными юношами». Именно тогда, вдохновленный идеями Шеллинга, Веневитинов становится душой и главным организатором Общества любомудрия, собравшего вокруг себя Ивана Киреевского, Владимира Одоевского, Степана Шевырёва и других искателей философской истины. На собраниях обсуждались проблемы эстетики, метафизики и национального самопознания, причем молодой поэт настаивал на необходимости создания самостоятельной русской философии как основания для грядущей великой словесности. В этот период он активно пишет стихи, переводит Гёте и Софокла, выступает с острыми критическими заметками и, вполне осознавая политическую опасность любых неформальных союзов после восстания декабристов, самолично сжигает устав Общества в декабре 1825-го, закрывая кружок.

Петербург и безвременный конец (1826–1827)

В конце 1826 года Веневитинов оставляет Москву и переезжает в Петербург, будучи причислен к Азиатскому департаменту Министерства иностранных дел, где его ум и дарования обещали блестящую дипломатическую карьеру. Почти сразу он входит в литературный круг Пушкина, Жуковского, Дельвига, но судьба отмеряет ему лишь несколько месяцев: вскоре по приезде его по неясному подозрению арестовывают, и хотя через считаные дни отпускают, пережитое нравственное потрясение оседает тяжелым осадком. В марте 1827 года, легко одевшись по юношеской беспечности для поездки на бал к Ланским, он схватывает жестокую простуду, которая молниеносно переходит в воспаление легких, и 15 марта, на двадцать втором году жизни, Веневитинов умирает. Его отпевают в Петербурге, а тело перевозят в родную Москву и хоронят в Симоновом монастыре; впоследствии, в 1930 году, прах перенесут на Новодевичье кладбище.

Наследие

Хотя поэтическое и критическое наследие Дмитрия Владимировича помещается в одном небольшом томе, оно проникнуто такой концентрированной мыслью и внутренней музыкой, что на долгие годы превратило его имя в символ высокого, почти жертвенного служения искусству, а саму его личность — в миф о прекрасном юноше-философе, чей образ затем отозвался в лирике символистов и в русской философской эстетике. Глубоко усвоив идеи Шеллинга о цельности бытия и космическом призвании художника, Веневитинов первым среди русских литераторов заговорил о необходимости философии как единственного фундамента для подлинной поэзии, утверждая, что разрозненные, пусть и блестящие, художественные явления останутся бесплодными без метафизической почвы, а его программные статьи, такие как «Разбор статьи о „Евгении Онегине“» и «Несколько мыслей в план журнала», заложили основы того критического дискурса, который спустя десятилетия разовьется в философской критике Белинского и славянофилов. Поэзия Веневитинова — «К Пушкину», «Три розы», «Поэт», «Крылья жизни» и незавершенная историческая поэма «Евпраксия» — сочетает античную пластику, романтическую порывистость и почти мистическую веру в способность слова проникнуть за покровы вещей, благодаря чему его стих, даже оставаясь во многом ученическим, поражает удивительной зрелостью интонации и живет до сих пор как пророчество об идеальном назначении литературы, быть может, так и не сбывшееся до конца.