Биография
Детство и юность (1876–1896)
Мануэль де Фалья родился 23 ноября 1876 года в Кадисе, в семье испанского коммерсанта и каталонской матери, которая и дала ему первые уроки фортепиано. Музыка рано захватила мальчика, хотя поначалу он колебался между литературными опытами и игрой на инструменте. В конце концов верх взяло композиторское призвание, и в 1896 году он отправился в Мадрид, чтобы получить настоящее образование.
Мадридский период и первые успехи (1896–1907)
В столичной Королевской консерватории Фалья занимался в классе фортепиано у Хосе Траго и окончил курс с отличием в 1899 году. Переломным стало изучение композиции под руководством Фелипе Педреля — страстного поборника национального фольклора; тот буквально открыл молодому музыканту глаза на сокровища испанской песенной традиции. В 1905 году Фалья создал оперу «Короткая жизнь» и выиграл конкурс Академии изящных искусств, однако путь к сцене оказался небыстрым. Эта победа утвердила его в желании искать собственный голос, сплавляя народный стиль с академической техникой.
Парижские годы и признание (1907–1914)
В 1907 году композитор переехал в Париж, где провёл семь необычайно плодотворных лет. Там он близко сошёлся с Дебюсси, Равелем, Дюка, Стравинским — знакомство с их музыкой отточило его импрессионистское чутьё, добавило красочной утончённости, ничуть не размывая испанскую основу. Именно в Париже были написаны «Четыре испанские пьесы» для фортепиано и знаменитые «Семь испанских народных песен» — шедевр, который сразу выдвинул Фалью в первый ряд. В 1913 году в Ницце наконец-то исполнили «Короткую жизнь», а с началом Первой мировой войны композитор вернулся на родину.
Зрелое творчество в Испании (1914–1939)
Возвращение открыло период высшего творческого расцвета. Уже в 1915 году в Мадриде прозвучал балет «Любовь-волшебница» с его гипнотическим «Ритуальным танцем огня» — номером, мгновенно облетевшим весь мир. Затем последовали симфоническая сюита «Ночи в садах Испании» (1916), где фортепиано почти растворяется в оркестровой ткани, и заказанный дягилевской антрепризой балет «Треуголка» (1919), оформленный Пабло Пикассо. Фалья не только сочинял, но и активно защищал чистое народное искусство: в 1922 году он организовал в Гранаде фестиваль канте хондо — старинного андалузского фольклора. Тогда же появились кукольная опера-миниатюра «Балаганчик мастера Педро» (1923) по эпизоду «Дон Кихота» и «Концерт для клавесина» (1926), посвящённый Ванде Ландовской. На фоне трагической гражданской войны, унесшей брата и подорвавшей здоровье сестры, Фалья приступил к монументальной сценической кантате «Атлантида».
Эмиграция и последние годы (1939–1946)
В 1939 году композитор покинул разорённую Испанию, приняв приглашение аргентинских властей, и поселился в городке Альта‑Грасия близ Кордовы, где вёл почти отшельническое существование. Он отчаянно боролся за завершение «Атлантиды», но болезнь не отпускала. 14 ноября 1946 года Мануэль де Фалья скончался, оставив партитуру незавершённой — позже её доработал его ученик Эрнесто Хальфтер.
Наследие
Мануэль де Фалья, сделавшись центральной фигурой испанского музыкального возрождения — Ренасимьенто — начала XX века, сумел переплавить сдержанную, почти аскетичную природу андалузского фольклора и канте хондо с изысканнейшими приёмами французских импрессионистов, отчего его музыка, сохраняя глубоко почвенную корневую силу, обрела универсальное звучание, покорившее и парижские салоны, и антрепризу Дягилева. Коронными созданиями композитора стали балет «Любовь-волшебница», чей «Ритуальный танец огня» обладает почти заклинательной ритмической стихией, симфоническая сюита «Ночи в садах Испании», где рояль, обволакиваемый мерцающей оркестровой тканью, будто рисует душу испанской ночи, «Треуголка», рождённая из русско-испанского творческого диалога и украшенная декорациями Пабло Пикассо, а также «Балаганчик мастера Педро», камерный шедевр, воскрешающий старинный кукольный театр. Незавершённая «Атлантида», задуманная как вселенская мистерия на стихи каталонского поэта Хасинта Вердагера, долгое время вызывала споры, но в законченном Хальфтером виде по-прежнему поражает масштабом замысла и мистической сосредоточенностью позднего Фальи. Композитор почти не имел прямых учеников, однако его эстетическое влияние, пронизанное идеалами звукового лаконизма, чистоты и уважения к фольклорному первоисточнику, прослеживается у всех значительных испанских музыкантов следующих поколений, а его исследовательская работа по сохранению канте хондо и публицистические выступления превратили его в хранителя коллективной культурной памяти, чьё наследие, подобное драгоценному андалузскому самоцвету, продолжает сиять в мировом репертуаре.
