Дельвиг Антон Антонович биография и книги

Биография

Детство и лицейские годы (1798–1817)

Антон Антонович Дельвиг появился на свет в Москве, в дворянской семье, корнями уходившей к рыцарям Ливонии, обрусевшим ещё в незапамятные времена. Мальчика с младых ногтей окружала атмосфера просвещённого немецкого педантизма пополам с московским барством — этого ему хватило бы на скромную чиновничью биографию, но судьба распорядилась иначе. В 1811 году юный Дельвиг был определён в только что открывшийся Царскосельский лицей, где всё и решилось. Уже за партой он подружился с Пушкиным, Кюхельбекером, Пущиным, и эта связь оказалась существеннее гимназических успехов. Учился Дельвиг феноменально лениво, однако чутьё к слову и тонкая поэтическая интуиция проявлялись рано, а первые стихотворения, появившиеся в лицейских журналах, хоть и были подражательны, нащупывали ту особую элегическую интонацию, которая позже станет его визитной карточкой.

Начало литературной деятельности (1817–1824)

Выйдя из Лицея с чином коллежского секретаря, Дельвиг на службе не задержался. Его бросало из департамента горных и соляных дел в министерство финансов, а оттуда — в Публичную библиотеку, где в те годы служил и баснописец Иван Крылов, но душа его откровенно тяготилась канцеляриями. Он вошёл в круг «Зелёной лампы», посещал собрания петербургской литературной вольницы, где читал стихи, поражавшие не буйством романтической страсти, а строгой гармонией формы и почти античной ясностью. Постепенно выкристаллизовывался и его издательский вкус — Дельвиг одним из первых осознал, что время разрозненных публикаций прошло, и начал подбирать авторов для совместных предприятий.

Зрелые годы (1825–1830)

В 1825 году Дельвиг выпустил альманах «Северные цветы» — издание, сразу вставшее вровень с лучшими образцами. Умение собрать под одной обложкой и Пушкина, и Жуковского, и Баратынского, и Гнедича, никого не стеснив и не дав угаснуть общему высокому тону, — тут требовалось не просто редакторское чутьё, но и редкостный человеческий такт, которым Дельвиг владел безупречно. Позже к «Северным цветам» прибавился «Подснежник», а в 1830 году — «Литературная газета». Именно в газете Дельвиг попытался сделать то, что редко кому удавалось: вести независимую литературную трибуну, не превращаясь при этом в мишень для властей. Попытка, как показали ближайшие месяцы, удалась отчасти.

Последний год и смерть (1830–1831)

Конфликт с Бенкендорфом, вспыхнувший из‑за публикации в газете вполне невинных строк, завершился выговором и крахом издания — ударом, который Дельвиг, и без того обладавший хрупким здоровьем, переживал тяжело. Вскоре после резкого объяснения с шефом жандармов он простудился, а простуда в два счёта переродилась в тиф, унёсший его в могилу 14 января 1831 года. Ему едва исполнилось тридцать два.

Наследие

Стихи Дельвига, которых, к слову сказать, осталось не так много по сравнению с поэтами его круга, вовсе не затерялись в тени пушкинского гения — напротив, они обрели собственную, очень камерную и прочную нишу, прежде всего благодаря той музыкальной полупрозрачной фактуре, которая превратила их в романсы Алябьева, Глинки, Даргомыжского, и в этом качестве, наслаиваясь на слушательскую память поколений, они давно оторвались от книжной страницы. Его идиллии, по сути, вернули русской поэзии вкус к античной простоте, показав, что пластика древних может естественно уживаться с русским пейзажем и русской душой. Однако главное наследство, оставленное Дельвигом, — конечно, не столько собственное перо, сколько издательская интуиция, выстроившая вокруг него ту пёструю и цельную одновременно литературную среду, в которой вызревали тексты Пушкина, Баратынского, Вяземского и где, наконец, оформилась сама идея профессиональной литературной журналистики, пусть жизнь издателя и оборвалась столь рано.