0

Пуришкевич Владимир Митрофанович

Владимир Митрофанович Пуришкевич


Владимир Митрофанович Пуришкевич

Пуришкевич Владимир Митрофанович (12 августа 1870, Кишинёв, – февраль 1920, Новороссийск). Из семьи бессарабского помещика. В 1895 окончил историко-филологический факультет Новороссийского университета (Одесса); филолог. Начал общественную деятельность в Аккерманской земской управе Бессарабской губернии. В Петербурге – с 1901, прикомандирован к Главному управлению по делам печати МВД. Один из создателей монархистских организаций: "Союза Русского Народа", затем "Союза Михаила Архангела". Депутат 2-й и 3-й Государственных Дум от Бессарабской губернии, депутат 4-й Государственной Думы от Курской губернии. В Думах – один из лидеров крайне правых. Ярый антисемит. Инициатор ряда политических скандалов во время думских заседаний. Во время первой мировой войны начальник санитарного поезда, считавшегося одним из лучших в армии. В декабре 1916 вместе с князем Ф.Ф. Юсуповым и великим князем Дмитрием Павловичем с целью спасения шатавшегося трона Романовых организовал убийство Г.Е. Распутина. С ухудшением положения в стране требовал установления более твёрдой власти, способной подавить надвигающуюся революцию, и продолжения войны до победного конца.
14 февраля 1917, выступая в Государственной Думе, заявил "…объединённого правительства, как такового, сейчас нет... нет… власти, способной понять всю серьёзность переживаемых событий…перед ней [Думой. – Автор] альтернатива: либо стать лакейкой министра внутренних дел..., либо сохранить своё лицо, лицо честных верноподданных граждан и патриотов, выразителей нужд народной души в дни военной брани" ("Революция 1917", т. 1, с. 22).
После Февральской революции 1917 на заседании Временного Комитета Государственной Думы, созванном для выработки декларации по определению политической ситуации в стране, 18 июля Пуришкевич заявил, что патриоты должны кричать с каждой колокольни: "Спасите Россию. Она находится на краю гибели в большей опасности из-за внутренних врагов, чем из-за иностранной опасности... Если бы было покончено с тысячью, двумя, пусть пятью тысячами негодяев на фронте и несколькими десятками в тылу, то мы не страдали бы от такого беспрецедентного позора" (Рабинович А., Большевики приходят к власти, М., 1989, с. 69). Оценил деятельность Советов как исключительно пагубную и потребовал, чтобы Государственная Дума "отмерила должное наказание каждому, кто его заслуживает... И пусть сгинут зловещие силы, примкнувшие к Временному правительству... Этими силами руководят люди, которые ничего общего не имеют ни с рабочими, ни с солдатами и крестьянами и которые ловят рыбку в мутной воде вместе с провокаторами, поддерживаемыми немецким кайзером" (там же, с. 69, 70). Вёл работу по созданию подпольных вооруженных организаций монархического толка, в связи с чем солдаты Петроградского гарнизона на митинге 28 августа потребовали немедленного ареста Пуришкевича.
В октябре создал подпольную организацию для борьбы за восстановление монархии и дореволюционных порядков в России, в которую входили генералы, офицеры, юнкера. 28 октября некоторые члены организаций участвовали в выступлении юнкеров в Петрограде под флагом Комитета спасения Родины и Революции. В этот период Пуришкевич скрывался с подложным паспортом на фамилию Евреинов. 18 ноября Петроградская ЧК арестовала Пуришкевича. Против него было выдвинуто обвинение в подготовке контрреволюционного заговора. В письме Пуришкевича к генералу А.М. Каледину, захваченном при аресте, говорилось: "Организация, в коей я состою, работает не покладая рук над спайкой офицеров и всех остатков военных училищ и над их вооружением. Спасти положение можно только созданием офицерских и юнкерских полков. Ударив ими и добившись первоначального успеха, можно будет потом получить и здешние воинские части, но сразу без этого условия ни на одного солдата рассчитывать здесь нельзя... Казаки в значительной части распропагандированы... Властвуют преступники и чернь, с которой теперь нужно будет расправиться только публичными расстрелами и виселицами. Мы ждём Вас сюда, генерал, и к моменту вашего прихода выступим всеми наличными силами" ("Революция 1917", т. 6, с. 83). 28 декабря начался процесс против Пуришкевича и его 13 единомышленников, гвардейских офицеров и юнкеров. Обвинение поддерживали Д.З. Мануильский, Г.Е Евдокимов, А. Васильев; защищали Пуришкевича видные адвокаты: А.В. Бобрищев-Пушкин и другие. На суде Пуришкевич доказывал, что никакого монархического заговора не было, а была лишь группа единомышленников, которая собиралась для бесед на политические темы; утверждал, что не готовил монархического переворота, ибо не видел в России почвы для этого. Письмо Каледину объяснял тем, что имел в виду присоединиться к нему с несколькими единомышленниками в том случае, если Каледин вступил бы со своими войсками в Петроград. "Цели, преследовавшиеся мною и руководившие мною при попытке создать организацию из единомышленников, заключались единственно в том, чтобы добиться в России водворения твёрдой власти и порядка, чего не может быть при власти большевиков... Власти Советов РСД я не признаю" (Голиков Д., Дело о монархическом заговоре В. Пуришкевича, ("Советская юстиция", 1965, № 20, с. 22).
Ревтрибунал приговорил 3 января 1918 Пуришкевича к 4 годам принудительных общественных работ при тюрьме. 17 апреля Ф.Э. Дзержинский и комиссар юстиции Северной коммуны Н.Н. Крестинский согласились освободить Пуришкевича в связи с заболеванием сына. С него взяли честное слово о неучастии в политической деятельности во время отпуска из тюрьмы. 1 мая по декрету Петроградского Совета об амнистии Пуришкевич был освобождён. В связи с заявлением А.И. Свидерского об изменениях в политических настроениях Пуришкевича он опубликовал в "Новой Жизни" письмо, где сказал: "Я остался тем же, кем был, само собою разумеется, не изменившись ни на йоту" (там же). Вскоре уехал на Юг, активно помогал А.И. Деникину, издавал в Ростове-на-Дону журнал "Благовест". Умер в Новороссийске от сыпного тифа.

Сочинения: Дневник, Рига, 1924.

А.Л. Райхцаум.

Политические деятели России 1917

Нет ни одного отзыва